ТАМГИ, родовые опознавательные знаки. Первоначально тавро – знак собственности монг. кочевников, к-рым отмечалось право на разные виды имущества. Накладывались (выжигались) непосредственно на объект владения – шкуру лошади, верблюда, КРС, деревья, лук и т.д. Чл. одного рода имели, как правило, одинаковые или похожие знаки, восходившие к одному прототипу – тотему рода, определенному животному (медведь, волк, лошадь, птица, рыба и т.д.) или неодушевленному предмету (лук, стрела, дерево, река, гора, солнце и т.д.). В 13–14 вв. в Ср. Азии, Закавказье, на Ближнем и Ср. Вост. Т. существовали в качестве денежного налога, взимавшегося с торговли и различных промыслов, термин получил распространение во всех странах, подвергшихся монг. завоеваниям, в т.ч. на Руси, где Т. играла роль сбора с торговых сделок. У бурят самые ранние упоминания о родовых знаках встречаются в героических сказаниях. Впоследствии каждое из 4 основных бур. племен имело свой тотем, к-рый почитало как божественного первопредка. Племя булагат связывало свое происхождение с мифическим Буха Нойон Баабай (царственным быком). Тотемом эхиритов была рыба – Пестрый налим. Хори и хонгодор считали своим предком белого лебедя. Анализ тотемов адун-челонских бурят показал, что это материал не только личной, но родовой и тер. символики. Родовые знаки наносились непосредственно на различные участки тела человека. У бурят – чл. одного рода – несмываемые знаки (тотемические татуировки) ставились в укромных местах – на бедре, под грудью и т.д., эвенки носили их всегда на открытых частях кожи, чаще всего на лице. тер. рода обозначалась символическими знаками, наносимыми на окружающие ее деревья, скалы или камни. Изображения были тесно связаны с существующими предметами и явлениями окружающего мира. Так, большую часть адун-челонских тотемов представляют солярные тамговые знаки, посвященные небесным светилам, воплотившим в себе глубокие, очень устойчивые и широко распространенные философско-мировоззренческие взгляды о нерасторжимой связи людей с солнцем (наран) и луной (hapa). Эти знаки, а также мн. др., связанные с культом светил, по данным А.П. Окладникова, существуют с неолитических времен. Среди них распространены как простые изображения – круг, кольцо, знак 8, змея в виде перевернутой по вертикальной оси лат. буквы S, крест, применявшийся как знак защиты от злых духов и потусторонних существ, свастика, имевшая значение огня и жизни и др., так и более сложные по конфигурации – колесо, изображенное в форме круга с «андреевским» крестом внутри, «очки» или 2 равновеликих круга, расположенных в ряд и соединенных между собой короткой дужкой с верх. разворотом. Идентичные последним знаки, изображающие, по всей видимости, 2 поставленных в ряд солнца, встречаются среди писаниц раннего железного века. Графический образ лошади и ее атрибутика: гарьха (кольцо), сахариг (колесо), д?роо (стремя), таха (подкова) и горьео (пряжка) играли роль большинства тавр у агинск. бурят. Уникальное явление этнокультуры представляют буквенные Т. 3-язычного происхождения, относящиеся к нач. 20 в. Многие их обладатели, как правило, свободно владевшие монг. письмом, реже тибет. грамотой, а также хорошо знавшие рус. яз., в т.ч. и письменный, могли широко пользоваться буквенным материалом всех 3 алфавитов. Некоторые из тотемов состояли не только из отдельных букв, но и различных их соединений, образующих монограммы и вензеля, в чем прослеживается влияние рус. культуры. Т., генезис к-рых прямо не связан с тотемами предков родов и племен, относятся к группе так называемых охотничьих бытовых символов (лук, стрела, ножи, колчаны, налучники) и орнаментальных, в т.ч. буд. культа. В то же время Т. вост. бурят и по происхождению, и по времени возникновения имеют разные причины и истоки. Некоторые из них появились в глубокой древности, а др. обязаны своим рождением значимым фактам и понятиям современной жизни. Так, в сер. 20 в. фигурирует «Мушэн тамга» (контур пятиконечной звезды), появление к-рой исследователи связывают с организацией колхозов и совхозов в бур. улусах и перенесением некоторых атрибутов новой гос. символики на общественное имущество, прежде всего на колхозный и совхозный скот, что свидетельствует о значительной мобильности и отзывчивости Т. к изменениям бытовой среды. К этому же времени относятся Т.-монограммы «кч» или «ккм», содержащие сокращенные назв. хоз-в, коллективных владельцев собственности, в частности назв. колх. им. В.И. Чапаева (с. Урдо-Ага) и им. К. Маркса (с. Будалан). В 19 в. изображения Т., утратив свое родовое значение, употреблялись на персонифицированных копченых печатях представителей бур. и эвенк. родов. Зооморфные персонажи, запечатленные на оттисках источников ГАЗК, принадлежат гл. эвенк. родов, нач. и разным частным лицам, состоящим на рус. службе. В большей мере это изображения козла, белки, птицы (орла), рыбы и др. на подобных печатях часто обнаружены оружие (лук со стрелой), свастика, одиночные деревья, а также целые сюжетные мотивы: дерево с сидящей на нем белкой, под ним охотник с луком. Копченые печати ГАЗК имеют большое значение для ист. науки, они позволяют уточнить генеалогию инородческих знатных родов, направления их миграций, восстановить фактографию жизни отдельных персоналий.
Лит.: Хороших П.П. Знаки собственности бурят // Сиб. живая старина. – Иркутск, 1929. – Вып. VIII–IX; Михайлов В.А. Тамги и метки бурят в кон. XIX – 1-й пол. XX в. – Улан-Удэ, 1993; Куренная И.Г. Тер. символика Вост. Сиб. (2-я пол. XVII – нач. XX в.): автореф. дис. …канд. ист. наук. – Владивосток, 2004.